Ю.В. Горлов, А.В. Поротов, Е.В. Столярова К оценке изменений уровня Черного моря в античный период по археолого-палеогеографическим данным.

При палеогеографических реконструкциях развития побережья Черного моря в позднем голоцене большой интерес представляет круг вопросов, связанных с получением надежных оценок изменений относительного уровня моря в период так называемой "фанагорийской регрессии", относимой к I тыс. до н.э. [Федоров, 1978; 1982, с. 154; Шилик, 1977, с. 159-161; Балабанов, Измайлов 1988, с. 56-58]. С оценками положения уровня моря в этот период и его изменениями в первой половине I тыс. н.э. тесно связаны вопросы реконструкций палеотопографии крупных античных центров Причерноморья, изменений рельефа береговой зоны и условий ее освоения.

Проведение реконструкций изменения уровня моря в ер. I тыс. до н.э. - сер. I тыс. н.э. сопряжено с рядом сложностей, обусловленных в первую очередь плохой сохранностью древних береговых линий этого периода, связанной с почти полным их размывом в ходе последующего трансгрессивного этапа, охватывающего последнее тысячелетие. Небольшие аккумулятивные образования этого периода сохранились лишь в относительно изолированных заливах и лиманах с пониженными гидрологическими условиями (Таманский залив, Керченский пролив и т.п.). На ряде участков Черноморского побережья активное нарастание берега в последующий период привело к захоронению реликтов фанагорийской регрессии под толщей более молодых прибрежно-морских отложений. Однако для большей части Черноморского побережья подобные реликты оказались размыты, что определило использование различных косвенных, преимущественно литологических индикаторов положения уровня моря (прослои песков и торфов в толще лиманных отложений, залегающие ниже современного уровня моря континентальные отложения и т.п.), допускающих значительные погрешности. Немногочисленность радиоуглеродных датировок, выполненных по разным типам органического материала (раковины, древесина, торф) и в различных лабораториях на протяжении последних двух-трех десятилетий (с учетом развития методики радиоуглеродного датирования) определили дополнительную проблему соотнесения их между собой и с исторической шкалой, поскольку возможные отклонения между радиоуглеродными и историческим датами могут составлять от 100 до 450 лет в зависимости от типа датируемого материала [Серебряный, 1982, с. 165-167]. Однако в большинстве палеогеографических работ, включающих историко- археологические данные, возможные сдвиги между разными типами хронологических оценок палеогеографических событий не принимаются во внимание, что естественно не способствует достоверности палеогеографических реконструкций. В связи с отмеченной выше немногочисленностью геоморфологических индикаторов положения уровня Черного моря в античный период большой интерес вызывает возможность использования для палеогеографических целей широко распространенных на побережье различных типов археологических памятников. Но надежность археолого-палеогеографических реконструкций в значительной мере ограничена уровнем изученности археологических объектов, которая в большинстве случаев оказывается недостаточной для обоснования палеогеографических построений.

В рамках проводимых исследований по проектам РФФИ, направленных на исторические и палеогеографические реконструкции Черноморского побережья в античный период, нами проведен обзор современной изученности ряда археологических памятников античной эпохи с целью оценки возможностей использования археологических данных для решении различных палеогеографических задач и, в частности, при детализации существующих представлений об изменениях уровня моря в I тыс. до н.э. - I тыс. н.э.

Таманский полуостров.

До последнего времени единственным источником для оценки изменений уровня моря в позднем голоцене для этого участка побережья оставались археологические материалы из затопленных культурных слоев античного времени на дне Таманского залива. В значительной мере это определялось плохой сохранностью древнебереговых образований позднеплейстоценового и голоценового возраста на побережье Таманского полуострова. В ходе проведенных нами исследований были получены новые материалы по строению и возрасту прибрежных отложений различных районов Черноморского побережья Тамани, позволившие детализировать представления о локальных особенностях изменений уровня моря на заключительном этапе голоценовой трансгрессии [Каплин и др., 2001, с. 56-57; Fouache at al., 2004 (в печати)].

Одним из геоморфологических индикаторов положения уровня моря в позднем голоцене является подводная аккумулятивная форма - Маркитанская банка, протянувшаяся в виде вала через весь залив между косами Маркитанской и Рубанова. Особенности ее строения характеризуют материалы исследований, проведенных ИО АН СССР в 50-е годы, а также результаты проведенного нами бурения прибрежных отложений на побережье залива. Разрез слагающих Маркитанскую банку отложений имеет отчетливо выраженное трансгрессивное строение, отражающее надвигание тела древней барьерной формы, некогда перегораживавшей Таманский залив, на залегающие бережнее отложения палеозалива [Горлов и др., 2002, с. 248-256]. 14С возраст раковинного материала из горизонта грубозернистых песков, залегающих в основании Маркитанской банки, составил 2450 70 лет назад (календарный возраст: 339 до н.э. - 50 н.э. или 2289 - 1900 лет назад). Это подтверждает факт существования барьерной формы, частично или полностью отгораживавшей внутреннюю часть Таманского залива от акватории Керченского пролива во второй половине I тыс. до н.э. при относительном положении уровня моря на 5-5.5 м ниже современного. Таким образом, подводный реликт Маркитанской косы на основании полученных радиоуглеродных датировок представляет собой один из немногих примеров установленных древнебереговых образований, относящихся ко времени фанагорийской регрессии. Как правило, на открытых участках Черноморского побережья береговых формы этого времени благодаря незначительным глубинами залегания оказались размытыми в ходе волновой переработки прибрежной полосы в ходе трансгрессивной фазы, охватывающей последние 1.5 тыс. лет.

Материалы по строению донных отложений позволили более детально охарактеризовать условия седиментации во внутренней части залива. В основании разреза здесь залегают темно-серые пелитовые илы, сменяемые выше полуметровым прослоем алевритовых илов с ракушей. Приповерхностный слой донных осадков мощностью около 1,5 м образован чередованием прослоев алевритовых илов с ракушей и раковинных песков. Формирование подобной слоистости связано с изменениями гидродинамической активности вод залива, определяемой состоянием блокирующих его аккумулятивных барьеров - Маркитанской банки (в прошлом - надводного образования) и косы Тузла, что наглядно подтвердили результаты проведенных исследований последствий прорыва косы Тузла в1925 г. на условия осадконакопления в Таманском заливе [Невесский, 1967, с. 31-34]. В ископаемом фаунистическом сообществе из нижнего илистого слоя многочисленны Cerastoderma glaucum, единичны Chione gallina, Gastrana fragilis, Cardium exiguum, Abra ovata, характеризующие условия закрытого мелководного залива лагунного типа без притока пресных вод. Абсолютный возраст раковинного материала из горизонта - 2.0-2.5 м составил 2060 50 лет назад (калиброванный возраст 449-721 г.г. н.э.). Залегающие выше более песчанистые осадки при сходном видовом составе моллюсков характеризуются увеличением количества раковин Chione, Gastrana, появлением редких Ostrea edulis, Mytilaster lineatus, что, по-видимому, свидетельствует об осолонении вод залива в результате более широкого сообщения его с морем. Абсолютный возраст раковинного материала из основания приповерхностного песчано-ракушечного слоя (глубина 1,2-1,5 м) составил 1240 50 лет назад (калиброванный возраст - 1305-1452 гг. н.э.), что практически совпадает с возрастом древнебереговых фаций в строении верхней части отложений Маркитанской косы. Это позволяет оценить возрастной рубеж превращения Таманского залива в открытый водоем в результате повышения уровня моря в ходе развития нимфейской фазы трансгрессии. Геоморфологические материалы по изменению уровня Черного моря в районе Таманского залива за последние 3,0-4,0 тыс. лет дополняются результатами подводных археологических исследований затопленных частей Фанагорийского и Патрейского городищ, а также участка Черноморского побережья в районе мыса Панагия. В пределах подводной окраины Фанагорийского городища на глубинах около 3-х м были обнаружены следы каменной мостовой, а также керамического материала IV-III вв. до н.э. Выше по разрезу в интервале - 2,5 - 1.9 м залегают слои II в. до н.э., которые перекрываются приповерхностным песчаным слоем, содержащим керамический материал как античного, так и средневекового времени. Обнаружение культурных слоев сер. I тыс. до н.э. на дне Таманского залива свидетельствовало об относительном повышении уровня моря за последние 2.0 тыс. лет не менее чем на 4 м. [Блаватский, 1985, С.167-173, 221-227]. Принимая во внимание особенности палеогеографического развития Черноморского побережья в позднем голоцене, археологические данные послужили в качестве основания для выделения фанагорийской регрессивной фазы [Федоров, 1978].

Результаты подводных исследований Патрейского городища показали, что его затопленная в настоящее время часть представляет собой отмель шириной до 400 м., поверхность которой плавно понижается на глубину до 4 м. Резкого понижения - следов древней береговой террасы не зафиксировано, но сама береговая линия устанавливается в 360-385 м от берега на глубинах 4,4-4,9 м [Османова, 1999, с. 30-49; Таскаев, 1999, с.50-63]. Культурный слой практически разрушен, сохранились лишь остатки, заглубленные в материк. Наиболее ранние из них (кон.VI - нач.V вв. до н.э.) зафиксированы в 100 м от берега на глубине 2,2 -2,3м.

В районе мыса Панагия подводными исследованиями на глубинах около 5 м. были обнаружены обработанные известняковые блоки, а также фрагменты керамики IV в. до н. э. -III в. н. э. При обследовании расположенной мористее рифовой зоны на поверхности дна были найдены якоря, а также фрагменты амфор, кровельной черепицы и другие строительные материалы, указывающие на существование здесь древней якорной стоянки [Кондрашев, 1995, с. 55-67].

Проведенное сравнение археологических и палеогеографических индикаторов положения уровня моря в античное тысячелетие (рис. 1) позволяет с учетом погрешности оценить величину суммарного повышения уровня моря за последние 2.5 тыс. лет 5.0 -5.5 м. Подобная оценка удовлетворительно сопоставляется с полученными ранее на основе изучения Анапской пересыпи [Каплин и др., 2001, с. 56-57], а также реконструкциями палеоуровня по результатам гидроархеологических работ [Паромов, 1999, с. 89-90].

Реконструкции позднеголоценовых изменений уровня моря для побережья Керченского пролива основаны на результатах изучении ряда древних аккумулятивных форм (палео-Тузла, палео- Камыш-Бурун и др.) [Невесский, 1958, с. 27-28; Скиба и др., 1975, с. 862-867], фрагментов новочерноморской террасы на побережье Керченского полуострова [Балабанов, Измайлов, 1988, с. 54-62], а также геоморфологическом положении затопленных археологических объектов на побережье Керченского пролива. Исследования толщи прибрежных отложений Керченского пролива на участках, прилежащих к современным береговым аккумулятивным формам (Тузла, Камыш-Бурун, Чушка) показали, что для большинства из них характерны затопленные реликты позднеголоценового возраста.

Однако недостаточная хронологическая изученность различных генераций древнебереговых образований, основанная преимущественно на биостратиграфических данных, заставляет с осторожностью относиться к существующим реконструкциям изменений уровня моря за последние 3.0-4.0 тыс. лет в целом и к периоду фанагорийской регрессии, в частности. Представляется недостаточно обоснованным отнесение к этой регрессивной фазе древнебереговой линии, залегающей у побережья Керченско - Таманского района на глубинах 6-10м, поскольку существующие геологические данные показывают, что на этих глубинах с некоторым сдвигом относительно друг друга располагаются реликты не одной, а нескольких береговых линий. Одна из них установлена исследованиями Е.Н.Невеского и относится к возрастному интервалу 6.0-6.5 тыс. лет назад [Невесский, 1958].

Недостаточно полная изученность морфологически выраженных следов регрессивной фазы дополнительно определяет повышенный интерес к затопленным археологическим объектам на побережье Керченского пролива в связи с проблемой реконструкции его положения в период фанагорийской регрессии. Ряд затопленных сооружений античного времени (остатки оборонительные или жилых сооружения, молы, колодцы и прочее), расположенных в пределах античных поселений на побережье Керченского пролива (Пантикапей, Нимфей, Акра и др.) располагаются в настоящее время на глубинах 2.5-3.5 м, свидетельствуя об относительно более низком положении уровня моря во второй половине I тыс. до н.э. - первые века н.э. Однако уровень изученности выявленных подводных объектов не позволяет пока с уверенностью использовать ни известные глубины нахождения, ни тип сооружений для детальных реконструкций положения уровня моря и его возможных изменений. В частности, на юго-западном побережье Керченского пролива в 4 км к северу от м. Такиль располагается небольшое поселение, индентифицируемое с античной Акрой. Большая часть поселения в настоящее время затоплена морем и лишь северо-западный угол оборонительных стен расположен на песчаной косе, отделяющей озеро Яныш от моря. Подводными обследованиями [Шилик, 1991, с. 428-434; Куликов, 1997, с. 161-162] обнаружены залегающие на дне на глубинах до 4-4.5м развалы камней, неокатанная керамика и остатки сооружений (основания оборонительных стен и башен). Среди них на глубине 3 м был обнаружен каменный колодец, глубиной до 1.1 м, в котором были найдены амфоры и посуда IV-III вв. до н.э. На основании керамического материала и нумизматической коллекции, собранной на поселении, время его существования относится к периоду с IV в. до н.э. по IV в. н.э. Важной с нашей точки зрения представляется обнаружение на дне ненарушенного культурного слоя VI-VIII вв. н.э., что позволяет существенно уточнить временные рамки развития последнего трансгрессивного цикла, т.н. "нимфейской трансгрессии", в отношении возраста которой существуют достаточно различные мнения в литературе.

Подводными исследованиями прибрежной акватории, прилежащей к городищу Нимфей, было обнаружены строительные остатки, залегающие на глубине 4,0 - 4,5 м в 300 -500 м от берега, представляющие собой остатки здания, располагавшегося вблизи линии древнего берега [Зинько, 1997, с. 119-124], а также фрагменты античной керамики первой половины IV в. до н.э. Мористее развала плит, на глубинах 6,0 - 6,5 м, обнаружены якорные камни и обломки средневековой керамики. Современные глубины залегания строительных остатков на затопленных частях Нимфея и Акры, а также отметки днища колодца позволяют приблизительно оценить положение уровня моря с сер. I тыс. до н.э. по IV в. н.э. в 5-5.5 м ниже современного. Заслуживают отдельного внимания находки на дне средневековой керамики, которая не смотря на ее переотложенное состояние в результате длительного нахождения в слое активной волновой переработки, позволяет отнести начало нимфейской трансгрессивной фазы ко второй половине I тыс. н.э. С историческими материалами достаточно хорошо согласуются результаты определения радиоуглеродного возраста раковинного материала из низкой морской террасы на побережье Керченского пролива [Будинова и др., 1976, с. 166-167], составившего 1040+80 (календарный возраст 1514 (1461 - 1634) гг. н.э.), которая относится к "нимфейской трансгрессии".

Одним из немногочисленных затопленных объектов на дне моря в районе Таманского побережья Керченского пролива является сооружение в виде погребенного вала, установленного в ходе геофизических работ в районе юго-восточного окончания косы Чушки и подтвержденных разведочными шурфами [Абрамов и др., 2003, с. 11-17]. Глубина залегания основания искусственного сооружения, интерпретируемого как оборонительный вал, составляет 3-4 м ниже современного уровня моря и, с учетом возможной точности, практически совпадает с современными глубинами нахождения культурных слоев античного времени на западном берегу Керченского пролива.

Проведенные нами исследования строения и возраста формирования косы Чушка показали, что в толще слагающих ее отложений по данным литолого-биостратиграфического и геохронологического изучения выявляются общие особенности, выявленные на рассмотренных ранее примерах по прилежащим участкам черноморского побережья Таманского полуострова - существование перерыва в накопление прибрежных отложений в позднекаламитское время, связанное с относительным понижением уровня моря в период так называемой фанагорийской регрессии. В частности, в течение регрессивной фазы, относимый на основании радиоуглеродных датировок к периоду 3.2-1.5 тыс. лет назад, в условиях относительного понижения уровня моря, коса Чушка существовала как надводное образование. Возобновление условий прибрежно-морской седиментации и формировании серии образующих ее генераций береговых валов относится к возрастному рубежу около 1.3-1.1 тыс. лет назад при относительном положении уровня на 2-3 м ниже современного.

Херсонес.

Подводные исследования у западного берега Карантинной бухты показали присутствие древних каменных сооружений, возле которых залегала керамика средневекового и эллинистического времени, прослеженная до глубин около 3-х м [Блаватский, 1985, с.167-173; 224; Кадеев, 1969, с. 342-353]. В прибрежной полосе выявленные сооружения прилегают вплотную к оборонительным стенам портовой части города, что позволило предположить о залегании на дне остатков средневековых башен, залегающих в настоящее время на глубинах 0.7-1.0 м. В составе обнаруженного на дне керамического материала присутствовали целые амфоры и обломки как эллинистического (III-II вв. до н.э.), так и средневекового (VIII-IX и XII-XIII вв.) времени, что не только позволило датировать время постройки оборонительных сооружений, но и свидетельствовало о продолжении хозяйственной жизни на затопленной в настоящее время полосе берега вплоть до XIII-XIV вв. Проведенные в дальнейшем гидроакустические и гидроархеологические исследования на затопленной части Херсонеса [Золотарев, Ионес, 1979, с. 81-83; Золотарев, 2004 (в печати )] показали присутствие на глубинах 3-3,5 м развала отесанных плит, интерпретируемых как остатки оборонительного сооружения у входа в гавань, а также прорубки в коренных отложениях, рассматриваемых как места для стоянки судов. Результаты работ существенно детализировали очертания береговой линии в районе юго-восточной окраины античного Херсонеса и позволили реконструировать древнебереговую линию, которая, по мнению авторов, проходила на глубинах 3,5-5,0 м. К сожалению, отсутствие подъемного материала затрудняет как возрастную привязку обследованного комплекса в целом, так и использование материалов исследований для дальнейшего уточнения представлений об изменениях уровня моря в позднеантичное и раннесредневековое время.

Археолого-палеогеографических исследования территории античного Херсонеса [Благоволин, Щеглов, 1968, с. 49-58] выявили разнообразные следы изменений относительного уровня моря за исторический период. В частности, обследование колодцев, подвалов, рыбозасолочных водосборных цистерн, расположенных в прибрежной полосе северного района Херсонеса показало, что в период с конца IV - начала III в. до н. э. по Х-XI вв. н.э. уровень моря находился ниже современного. Это находит свое отражение и в схеме застройки портовой части Херсонеса, расположенной на берегу Карантинной бухты, которая характеризуется непрерывным расширением городской территории с V-IV вв. до н. э. до IX-Х вв. н.э., отражая, в целом, регрессивное положение уровня моря. В результате начавшегося после ХII-XIII вв. повышения уровня моря, оказались затоплены фундаменты башни XXI и отходящей от нее стены, а также произошло подтопление территории у крепостных стен юго-восточного участка. Таким образом, археологический материал в приморской зоне Херсонеса показал, что уровень моря с момента основания города и до Х-XI в. не достигал его современного положения, а установленные основные периоды перестроек городских сооружений во II-III, V-VI, IX-X, XIII- XIV вв. связаны с изменениями экономического и политического уклада жизни [Благоволин, Щеглов, 1969, с.447-453], а не с разрушающим воздействием моря в период трансгрессивной фазы, относимой к сер. I тыс. н.э. [Shilik, 1997, с.125]. Рассмотренные кратко результаты археолого-палеогеографического изучения прибрежной зоны Херсонеса, не смотря на ряд открытых вопросов, представляют до настоящего времени уникальный пример информативности подобного рода исследований, результаты которых не утратили своего значения до настоящего времени.

Ольвия.

Затопленная в настоящее время часть нижнего города Ольвии представляет один из наиболее детальных изученных в гидроархеологическом отношении районов Черноморского побережья, что позволяет рассматривать его в качестве одного из опорных при реконструкциях изменений уровня моря в античное время. Для целей настоящего обзора основной интерес представляет комплекс подводных объектов, характеризующих границы застройки и возрастные рамки заселения территории нижнего города, поэтому кратко остановимся на топографии расположенных во внешней части зоны застройки амфорных полей и развалов оборонительных стен. Оба изученных развала, расположенных в створах на продолжении до - и послегетского оборонительных сооружений прослеживаются до глубин 2.0-2.3 м и хронологически относятся к V-IV и IV-III вв. до н.э. [Крыжицкий, 1984. с.36-65.]. Отсутствие достаточно определенно установленной восточной прилиманной оборонительной стены позволяет рассматривать развалы как некоторые ориентиры восточной границы нижнего города. Во внешней прилиманной полосе, заключенной между развалами на глубинах 2.2-3.1м, располагаются два амфорных поля, из которых "первое" (южное) хронологически относится к IV в. до н.э., а "второе" - на удалении 50-60 м к северу "первого" содержит керамический материал с конца VI в. до н.э. по IV в.н.э. [Лейпунская, 1984. с.65-88]. Наличие культурного слоя во внешней части нижнего города сер. I тыс. н.э. не подтверждает существующие представления о развитии в этот период трансгрессивной фазы - т.н. "нимфейской трансгрессии, которая неминуемо привела бы к затоплению этой территории. Результаты подводных исследований затопленной части Ольвии показали, что наибольшая глубина залегания ненарушенных культурных слоев во внешней, прилиманной части городища составляют 2.5-3.3 м, определяя верхний предел положения уровня в сер. I тыс. до н.э. в 4.0-4.5 м ниже современного. Основываясь на временном диапазоне датируемых керамических комплексов, можно констатировать, что припортовая северо-восточная часть города продолжала функционировать и после III в.н. э., что косвенно свидетельствует об незначительном изменении положения уровня моря в конце I тыс. до н.э. - начале I тыс. н.э. Отсутствие среди затопленных сооружений причального типа (молов, стенок и т.п.) не позволяет более определенно оценить положение уровня моря на основании археологического материала.

Материалы изучения литологии и стратиграфии лиманных отложений Северо-западного Причерноморья убедительно свидетельствуют о существовании периода, во время которого происходили резкие изменения в условиях осадконакопления во внутренних частях лиманов, связанные с относительным понижением уровня моря. В частности, в строение донных отложений Днепровско-Бугского лимана отмечается появление в общей илистой толще прослоев более грубозернистого, песчаного и песчано-алевритового материала, содержащих относительно более пресноводные фаунистические комплексы, чем подстилающие их илистые отложения [Лиманы, 1984]. В верховьях Бугского лимана песчано-алевритовые прослои замещаются

оторфованными супесями и торфяниками, залегающими на глубинах 4.0-5 м и стратиграфически соотносимых с регрессивной "фанагорийской" фазой, последовавшей вслед за периодом относительно более высокого положения уровня моря в начале II тыс. до н.э. Серия радиоуглеродных датировок по раковинному материалу позволяют относить регрессивную серию лиманных отложений к I тыс. до н.э., в течение которого происходило понижение уровня моря на 4.5-5.5 м. ниже современного [Кочубей и др. 1981, Ковалюх, 1981, с.85-88; Тращук, Палатный, 1978, с.105-111; Тращук, Болтивец, 1981, с.100-107]. В частности, для отложений Будакского лимана начало современного этапа осадконакопления по данным радиоуглеродного датирование (некалиброванный возраст) оценивается в 1600 лет назад, что может рассматриваться в качестве приблизительной оценки возраста начала последней трансгрессивной фазы.

Восточное Причерноморье

На территория исторической Колхиды, охватывающей участок побережья от современного Сочи на севере до р. Чорохи на юге установлено большое количество приморских памятников эпохи раннего железа и античности, расположенных на поверхности древних береговых валов, образующих новочерноморскую террасу с абсолютными высотами +2.5-4 м. Поселения с подобным геоморфологическим положением известны в районе юго-западной Колхиды [Лордкипанидзе, 1977], окрестностях Батуми [Лордкипанидзе, Микеладзе, 1960, с. 760-761], Кобулетской низменности [Рамишвили, 1975], в районе устья р. Супсы [Хоштария, 1955, с. 145], междуречье Пичори-Риони [Хоштария, 1946, с. 77-82], вблизи устья р. Ингури [Лордкипанидзе, 1985, с. 13-14; Хахутайшвили, 1986, с. 100-106], а также вдоль побережья северо-западной Абхазии [Соловьев, 1950, с. 265-285; Шамба, 2000, с. 280-285]. Заселение поверхности древнебереговых валов обычно связывается с регрессией моря, начавшейся в середине II тыс. до н.э., в результате которой полоса осушившейся суши оказалась возможной для заселения. Косвенным признаком относительного понижения уровня моря являются широко распространенные дюнные массивы, перекрывающие береговые валы, возникавшие в результате избыточного накопления в полосе пляжа песчаного материала из-за возрастания притока в береговую зону песчаных наносов в условиях понижения уровня моря. Геологические исследования на побережье восточного Причерноморья позволили выявить различные литологические признаки понижения уровня моря в I тыс. до н.э. [Джанелидзе, 1975, с. 25-32; Балабанов, Гей, 1981, с. 78-87; Балабанов, Гаприндашвили, 1987, с.151-159], однако плохая сохранность древнебереговых образований этого времени не позволяют надежно оценить величину относительного понижения уровня моря на основании геоморфологических данных. Сравнительно полно античные городища исследовались на территории Пицундского полуострова [Лордкипанидзе, 1985, с. 13-14], а также в районе современного Сухуми [Шамба, 2000], однако установленные культурные слои античного времени в приморской полосе свидетельствуют лишь об относительно более низком положении уровня моря в период греческой колонизации. В районе локализации древнего Питиунта на восточной оконечности Пицундского полуострова в результате размыва прибрежной полосы берега на юго-восточной окраине полуострова остатков поселения раннеантичного периода не сохранилось. На побережье Сухумской бухты, на месте античной Диоскурии культурные слои IV - III вв. до н.э. располагаются не ниже современного уровня моря, а залегающие на дне остатки крепостных сооружений римского времени лишь косвенно указывают на положение древней береговой линии в первые века нашей эры, так как глубины их современного залегания отражают не только повышение уровня моря в послеантичное время, но и влияние активного размыва прибрежной полосы берега и прилежащего дна за последние 1.5 тыс. лет. Не смотря на то, что оценить амплитуду понижения уровня моря в период регрессивной фазы I тыс. до н.э. позволяют немногочисленные геологические данные по Сухумскому побережью [Балабанов, Гаприндашвили, 1987, с.151-159; Горлов и др., 2004 (в печати)], существующие величины нуждаются в дальнейшем уточнении.

Рассмотренные кратко результаты археолого-палеогеографического изучения побережья Черного моря позволяют сделать некоторые выводы:

1. Не смотря на общепризнанность факта относительного понижения уровня Черного моря в античную эпоху, существуют различия во взглядах на амплитуду и время регрессивной фазы, охватывающей I тыс. до н.э. Подобная неопределенность связана как с плохой сохранностью геоморфологических признаков, так и недостаточной информативностью широко используемых при палеогеографических реконструкциях археологических данных. Это в первую очередь касается типа используемых археологических памятников, среди которых отсутствуют молы, причалы и т.п. сооружения, позволяющие относительно точно реконструировать положение уровня моря в период их создания. Единственное сооружение подобного типа, обнаруженное на дне Феодосийской бухты, остается не достаточно исследованным для использования в области палеогеографии. Привлечение относительно широко распространенных остатков ненарушенных культурных слоев для реконструкции положения уровня моря позволяет оценить лишь некоторую его верхнюю границу, оставляя достаточно высокую погрешность, зависящую в том числе и от полноты изученности памятника. Тем не менее, комплекс археолого-палеогеографических данных позволяет не только с достаточной определенностью оценить относительное положение уровня моря во второй половине I тыс. до н.э., составляющее 5-6 м ниже современного, но и охарактеризовать некоторые черты изменения уровня моря за последние 1.5 тыс. лет. В частности, широкое распространение раннесредневековых керамических комплексов в пределах затопленных в настоящее время памятников косвенно указывают на относительно позднее начало развития последнего трансгрессивного ритма, т.н. "нимфейской трансгрессии", которое может быть отнесено к X-XII вв. н.э., подтверждая тем самым справедливость построений Н.С. Благоволина и А.Н. Щеглова [Благоволин, Щеглов, 1968, с. 49-58], основанных на материалах изучения Херсонеса.

2. Получаемые на основе археолого-палеогеографических данных оценки положения относительного уровня моря за последние 3 тыс. лет для различных в структурно-тектоническом отношении участков Черноморского побережья характеризуется значительной схожестью, а наблюдаемые различия не выходят за пределы погрешности, связанной с точностью проводимых реконструкций. Отмечаемые аномалии (например, Восточное Причерноморье) могут быть объяснены влиянием ряда вторичных процессов на современные глубины залегания археологических памятников, что требует крайне осторожного подхода при использовании археологических данных для решения палеогеографических задач.

3. Полученные результаты достаточно неоднозначно сопоставляются с результатами изучения эвстатических колебаний уровня Средиземного моря, который по данным ряда исследователей к началу I тысячелетия до н. э. находился в среднем на 1- 2 м ниже современного. В общем виде, кривые изменения уровня для Средиземного моря далеко не повсеместно фиксируют регрессивный максимум в первой половине I тыс. до н. э., что позволяет предполагать о существенных региональных особенностях развития голоценовой трансгрессии Черного моря, связанных с особенностями водного баланса и региональным неотектоническим режимом побережья.

Работа выполнена при поддержке грантов РФФИ 02-05-65105, 04-05-65333 и программы Президиума РАН "Этно-культурное взаимодействие в Евразии".

Список литературы

Абрамов и др. , 2003. Абрамов А.П., Васильев А.Г., Копейкин В.В., Морозов П.А. Модификации георадаров для морских подводных работ // Древности Боспора. М., Вып. 6.
Будинова, и др., 1976. Будинова В.П., Зубаков В.А., Ициксон Е.М., Руднев Ю.П. Радиоуглеродные датировки лаборатории ВСЕГЕИ (ЛГ) // Бюлл. Комисс. По изучению четвертичного периода. М. Т. 45.
Балабанов, Гей, 1981. Балабанов И.П., Гей Н.А. История развития Пицундской лагуны в среднем и позднем голоцене // Палинология плейстоцена и голоцена. Л.
Балабанов, Гаприндашвили, 1987 //Балабанов И.П., Гаприндашвили М.В. К вопросу о местонахождении древнегреческих городов Питиунт и Диоскурия // Изв. АН Груз. ССР. Сер. Истории, № 2.
Балабанов, Измайлов, 1988. Балабанов И.П., Измайлов Я.А. Изменение уровненного и гидрохимического режимов Черного и Азовского морей за последние 20 тысяч лет // Водные ресурсы. №. 6.
Блаватский, 1985. Блаватский В.Д. Подводные археологические исследования на северных берегах Понта в 1957-1962 гг. // Античная археология и история. М.
Благоволин, Щеглов, 1968. Благоволин Н.С., Щеглов А.Н. Колебания уровня Черного моря в историческое время по данным археолого-геоморфологических исследований в Юго-Западном Крыму // Изв. АН СССР. Сер. геогр. № 2.
Благоволин, Щеглов, 1969. Благоволин Н.С., Щеглов А.Н. Применение археолого-палеогеографическиго метода анализа современных деформаций земной поверхности и колебаний уровня моря // Проблемы современных движений земной коры. М. Международный симпозиум. Л.
Горлов, 2002. Ю.В.Горлов, А.В.Поротов, Т.Я.Янина, Э.Фуаш, К.Мюллер. К вопросу об историко-географической ситуации на Таманском полуострове в период Греческой колонизации // ПИФК. М.-Магнитогорск. Т.XII.
Джанелидзе, 1975. Джанелидзе Ч.П. К палеогеографии Колхидской низменности в голоцене // Четвертичная система Грузии. Тбилиси. "Мецниереба". Зинько, 1997. Зинько В.Н. Охранные археологические исследований на хоре Нимфея // Археологические исследования в Крыму 1994 год. Симферополь.
Золотарев, Ионес, 1979. Золотарев М.И., Ионес Э.Б. Геоакустические работы в портовой части Херсонеса // Новое в применении физико-математических методов в археологии. М.
Золотарев, 2004. Золотарев М.И. Портовые сооружения Херсонеса в Карантинной бухте // Херсонесский сборник. Севастополь. Вып. XIII (в печати).
Лейпунская, 1984. Лейпунская Н.А. Керамика из затопленной части Ольвии // Античная культура Северного Причерноморья Киев.
Лиманы, 1984. Геология шельфа УСССР // Лиманы. Киев.
Каплин и др., 2001. Каплин П.А., Портов А.В., Янина Т.А., Горлов Ю.В., Фуаш Э. Возраст и условия формирования Бугазской пересыпи. // Вестн. Моск. Ун-та. Сер. 5. география. № 2.
Кадеев, 1969. Кадеев В.И. Подводные археологические исследования в районе Херсонеса в 1964-1965 гг. // Морские подводные исследования. М.
Кондрашев, 1995. Кондрашев А.В. Подводные исследования у маса Панагия // Изучение памятников морской археологии. С-Петербург. вып. 2.
Кочубей и др., 1981. Кочубей Н.И., Тращук Н.Н., Ковалюх Н.Н. О возрасте отложений Будакского лимана //Тектоника и стратиграфия. Вып. 20.
Крыжицкий, 1984. Крыжицкий С.Д. Основные итоги затопленной части Нижнего города Ольвии // Античная культура Северного Причерноморья Киев.
Куликов, 1997. Куликов А.В. Археологические разведки на городище Акра // Археологические исследования в Крыму1994 год. Симферополь
Лордкипанидзе, Микеладзе, 1960. Лордкипанидзе О.Д., Микеладзе Т.К.Материалы к археологии Батумского района. Сообщ. АН Гр. ССР. №.6.
Лордкипанидзе, 1977. Лордкипанидзе О. К проблеме греческой колонизации Восточного Причерноморья (Колхиды). Тбилиси.
Лордкипанидзе, 1985. Лордкипанидзе О.Д. Западное Закавказье. Колхида // Древнейшие государства Кавказа и Средней Азии. М.
Невесский, 1958. Невесский Е.Н. К вопросу о новейшей Черноморской трансгрессии // Тр. Инст. океанологии АНСССР, т. XXVIII.
Невесский, 1967. Невесский Е.Н., Процессы осадкообразования в прибрежной зоне моря. М.
Османова, 1999. Османова С.Р. Археологические памятники на затопленной части Патрейского городища // Патрей. Материалы исследований. Вып.1, М.
Паромов, 1999. Паромов Я.М. К вопросу об уровне моря у берегов Таманского полуострова в античное время // Тез. докладов VI чтений памяти проф. В.Д. Блаватского. Москва.
Поротов и др., 2004. Поротов А.В., Горлов Ю.В., Балабанов И.П., Болиховская Н.С., Кайтамба М.Д. К палеогеографии восточного Причерноморья в античную эпоху// Проблемы истории, филологии, культуры. М.-Магнитогорск, Вып. XIII. (в печати).
Рамишвили, 1975Рамишвили А.Т. Раскопки приморских стоянок в Пичвнари // СА. № 1.
Серебряный, 1982. Серебряный Л.Р. Колебания уровня Черного моря в послеледниковое время и их сопоставления с историей оледенения высокогорного Кавказа // Колебания уровня морей и океанов за 15000 лет. М.
Скиба и др., 1975. Скиба С.И., Щербаков Ф.А., Куприн П.Н. К палеогеографии Керченско-Таманского района в позднемплейстоцене и голоцене // Океанология. т. XV, вып. 5.
Соловьев, 1950. Соловьев Л.Н. Селища с текстильной керамикой на побережье Западной Грузии// Советская археология, XIV.
Тращук, Палатный, 1978. Тращук Н.Н., Палатный П.С. Стратиграфия донных отложений Бугского и Днепровского лиманов // Тектоника и стратиграфия. Вып. 14.
Тращук , Болтивец, 1981. Тращук Н.Н., Болтивец В.А. Стратиграфия донных отложений Березанского лимана // Тектоника и стратиграфия. Вып. 21.
Федоров, 1978. Федоров П.В. Плейстоцен Понто-Каспия. М. Наука.
Федоров, 1982. Федоров П.В. Послеледниковая трансгрессия Черного моря и проблема изменения уровня Мирового океана за последние 15 000 лет. // Колебания уровня морей и океанов за 15000 лет. М.
Хоштариа, 1946. Хоштария Н.В. Археологическое исследование с. Кулеви // САНГ. Т.7. № 1-2.
Хоштариа, 1955. Хоштариа Н.В. Археологические исследования в Уреки // Материалы по археол. Грузии и Кавказа. Т.1.
Шамба, 2000. Шамба Г.К. Абхазия в I тысячелетии до нашей эры. Сухум. Из-во "Алашара". 2000.
Шилик, 1977. Шилик К.К. Изменения уровня Черного моря в позднем голоцене и палеотопография археологических памятников Северного Причерноморья античного времени // Палеогеография и отложения плейстоцена южных морей СССР. М.
Шилик, 1991. Шилик К.К. Обнаружение двух античных городов на дне Керченского пролива // Тракия Понтика IV. София.
Fouache at all., 2004. Fouache T., Porotov A., Gorlov Yu. The role of neotoctonic in the variation of sea level throughout the last 6.0 ka on the Taman peninsula (Black sea, Russia) // The Proceedings of the conference "Rapid transgression into semi-enclosed basins" will be published in "Polish Geological Institute Special Papers". Vol. 11, (in press)
Shilik, 1997. Shilik K.K. Oscillations of the Black Sea and ancient landscape // Colloquia Pontica. 3.


08.06.2007 <Посмотреть архив новостей kolhida.ru Заказ книг по археологии Здесь вы можете купить, заказать или обменять книги по археологии