Скаков А.Ю. К вопросу о хронологии Красномаякского могильника.

("Боспорский феномен: погребальные памятники и святилища". Материалы международной научной конференции. Часть 2. СПб. 2002. С.220-232)

Одним из эталонных памятников колхидской культуры является Красномаякский могильник в Абхазии. Парадоксально, но только могильники у поселка Красный Маяк и на горе Гуадиху, раскопанные соответственно в 1956-1959 и 1952-1954 М.М. Трапшем, до сих пор остаются единственными научно изученными крупными некрополями колхидской культуры. Автором раскопок ранние погребения могильника (Старшая группа) были датированы IX-VI, VIII-VI или VIII-V вв. до н.э. (Трапш. 1969. Сс.16,82,149). Красномаякский могильник является эталонным памятником особого варианта колхидской культуры, локализуемого в районе г. Сухуми.

Исходя из взаимовстречаемости в погребениях Красномаякского могильника основных категорий инвентаря нами был построен граф (рис.1). Его анализ предоставил возможность выделить несколько групп погребений, причем структура графа позволяет говорить об их хронологической преемственности. В верхней части графа поместились наиболее ранние группы I и II, в нижней - наиболее поздняя группа IV.

В группу I входят 22 погребения (погребения 31,32,35,41,47,48,49,55, 58,62,64,65,68,69,86,89,90,91,92,93,94,104). Для них характерны погребальные урны, пластинчатые пряжки с поясами, массивные браслеты с тупыми концами, спиральные трубчатые пронизи, бронзовые биконические бусины из сходящихся пластин, бронзовые двуконусные крупные бусины (Рис.2).

Орнаментированный топор группы 5 третьего хронологического периода позволяет датировать погребение 94(140) VIII в. до н.э. (Скаков. 1998; Скаков. 1999) Достаточно уверенно можно датировать погребение 58(87), содержащее бронзовую кинжаловидную привеску с зооморфной головкой. Подобные привески известны в погребальной яме 5 могильника Эргета I (Папуашвили. 1998. Табл.III,40,41), погребальной яме 2 могильника Эргета III (Микеладзе и др. 1987. Табл.L,2), погребальной яме 1 могильника Эргета III (Папуашвили. 1998. Табл.VI,41), а также в погребении 1 на горе Джантух (Шамба Г.К., Шамба С.М. 1990. Рис.3,4). Погребения Эргета I,5 и Эргета III,2 датируются нами рубежом VIII-VII - первой половиной VII вв. до н.э., погребение Эргета III,1 - второй половиной VII - первой половиной VI вв. до н.э. (Скаков. 2002). Таким образом, наиболее вероятной датой для погребения 58(87) является VII в. до н.э.

Погребение 62(92) датируется по дугообразной фибуле с кольцевидными утолщениями по краям симметричной дуги, которые на территории западного варианта кобанской культуры на основании погребения 2 могильника I в Заюково и погребения с орнаментированным топором из Гижгида датируются второй половиной VIII - первой половиной VII вв. до н.э. (Козенкова. 1998. С.75; Дударев. 1999. С.159; Мошинский, Скаков. 2000. С.210). Для датировки погребения 64(94) важна фибула с дужкой витой в сечении, которая по погребению 1928 г. из Гижгида датируется концом VIII - первой половиной VII вв. до н.э. (Мошинский, Скаков. 2000. С.211; Скаков. 2001). Молоточковидное навершие из погребения 64(94) находит аналогии в слое поселения на холме Верещагина (Шамба. 2000. Табл.9,6), Эшерском кромлехе 1 (Шамба. 2000. Табл.35,3), погребении 20 могильника Гуадиху (Трапш. 1969. Табл.IV,2), Новом Афоне (сообщение И. И. Цвинария), погребении 36 могильника Фарс (Лесков, Эрлих. 1999. Рис.31,2). Уверенно датируется только погребение 36 могильника Фарс, относимое В.Р. Эрлихом к первой половине - третьей четверти VIII в. до н.э. Таким образом, наиболее вероятной датой для погребения 64(94) является вторая половина VIII в. до н.э. Итак, группа I вполне определенно датируется VIII-VII вв. до н.э.

В группу II входят 12 погребений (погребения 15,33а,40,42,44,50,52,60, 70,75,98,99). Для них характерны круглые и полуовальные пряжки с инкрустацией, а также бронзовые колечкообразные бусы (Рис.2). Из датирующих предметов здесь можно отметить только глиняное навершие в виде зооморфной трехконечной свастики из погребения 44(63). Этот предмет по своей композиции аналогичен навершию из погребения 254 Тлийского могильника, но отличается большей степенью стилизации (Скаков. 1999. С.128-129). Датировка погребения 254 затруднена, так как оно представляет из себя две кучи перемешанных костей. Рядом с навершием был найден орнаментированный топор группы 5 третьего хронологического периода, то есть VIII в. до н.э. Само же навершие из Тли по оформлению головы и пасти животного сближается со скульптурными изображениями лежащих зверей на обухах топоров четвертого хронологического периода, датирующегося VII в. до н.э. На этом основании навершие из Красномаякского могильника должно, скорее всего, датироваться VII в. до н.э.

Тем не менее, такого хронологического маркера недостаточно для решения вопроса об абсолютной датировке группы II и установления её хронологического соотношения с группой I. Поэтому обратимся к вопросу о датировке полуовальных и круглых пряжек с инкрустацией. Безусловно, типологически они восходят к характерным для Центрального Кавказа полуовальным (сегментовидным) пряжкам с петлями на обороте и спиральным орнаментом на лицевой стороне. Как правило, такие пряжки датируются XV-XIII или XV-XIV вв. до н.э. (Р.М. Абрамишвили, Т.Н. Чубинишвили), XIII - первой половиной XII вв. до н.э. (К.Н. Пицхелаури), серединой - второй половиной XIII в. до н.э. (В.Г. Садрадзе), XII в. до н.э. (А.Н. Калантадзе), не позднее первой половины XII в. до н.э. (Козенкова. 1996. С.116). Отнесение подобных пряжек к протокобанскому периоду вызывает некоторые сомнения, но в целом их архаичность бесспорна. Вряд ли они могут быть датированы позже конца II тыс. до н.э.

Характерно, что спиральный орнамент на таких пряжках ограничен рамкой из одного, двух или четырех рядов штампованных парных треугольников или квадратиков. Такая же рамка окружает изображения двух животных в геральдической позе на полуовальных пряжках из В. Кобана и Кумбулты (ГИМ, коллекция Ольшевского). Аналогичную рамку мы видим на полуовальной пряжке из В. Кобана, где она окружает два ряда зигзага, размещённого параллельно основанию пряжки (Уварова. 1900. Табл.XXIII,2; Chantre.1886. Pl.XIII bis,1). Эти пряжки имеют ещё крепление в виде петель на обороте, а не отверстий на основании. Типологически они предшествуют полуовальной пряжке из погребения 9 Кобанского могильника с отверстиями в основании и орнаментом из двух рядов треугольников, но уже без рамки из штампованных треугольников (Chantre.1886. Pl.XII,2). Эти две пряжки из В. Кобана являются непосредственными предшественниками абхазских полуовальных пряжек, также часто украшенных параллельными основанию рядами треугольников или зигзага.

На территории Абхазии полуовальные пряжки кроме Красного Маяка найдены в кладе из Пшапа и Богопошты (Воронов. 1969. С.36. Табл.XXXIX,26), в комплексе (?) 1935 г. из с. В. Яштух, или Яштхуа (Куфтин. 1949. Рис.48а,5; Воронов. 1969. С.32), среди переданного местными жителями материала с Холма Верещагина (Шамба. 1984. С.51. Рис.11,2), в слое (вероятно, перемешанном) Эшерского городища (Шамба. 1980. С.43. Табл.LXXII,1). Типологически наиболее ранней является пряжка из Пшапа и Богопошты с креплением в виде петель, а не отверстий. Датировка этих находок пока затруднительна, но обращает на себя внимание их распространение в районе Сухуми (только Пшап и Богопошта находятся несколько южнее). Для Бзыбского варианта колхидской культуры они не характерны.

Круглая пряжка с изображением звезды из погребения 99(145) Красномаякского могильника находит аналогии в комплексе (?) 1927 г. из Эшери (Куфтин. 1949. С. 152-153. Табл.XIII,5). Здесь датирующими предметами являются бронзовый наконечник копья с подтреугольным пером и конические бляшки с зооморфными головками. Конические бляшки мы датируем второй половиной VIII - рубежом VIII-VII вв. до н.э. (Скаков. 2002). Ещё одна круглая пряжка с изображением звезды происходит из погребения (1976 г.) в Ачадаре на окраине Сухуми, где её сопровождает пояс с пластинчатой пряжкой, украшенной скульптурной головкой (Гунба. 1978). Таким образом, данное погребение синхронно выделенной нами хронологической группе I.

Пряжку из Пшапа и Богопошты В.И. Козенкова датирует рубежом II-I тыс. до н.э., пряжки из Красного Маяка считает более поздними и относит к IX-VIII вв. до н.э. (Козенкова. 1982. С.52; Козенкова. 1998. С.59). Мы пока вынуждены датировать клад из Пшапа и Богопошты в широких рамках рубежа II-I - первой половины I тыс. до н.э. Это связано с входящей в его состав ажурной пряжкой подтреугольной формы, украшенной шнуровым орнаментом и фигурками баранов (Воронов. 1969. Табл.XXXIX,20). Типологически близкие ажурные пряжки подтреугольной или полуовальной формы, украшенные шнуровым орнаментом и, как правило, фигурным изображением головы животного над крюком, хорошо известны в кобано-колхидском ареале. В частности, такая пряжка найдена в погребении 9 кромлеха 10 Стырфазского могильника, датируемом XI в. до н.э. (Техов. 2000. С.84. Рис.62,6). Аналогичная пряжка известна и из погребении 290 Тлийского могильника, где она найдена вместе с железным кинжалом, железным топором-молотком и орнаментированной бронзовой миской, характерной для комплексов VI в. до н.э. (Техов. 1985. Рис.184).

Вероятно, исходя из датировки комплекса (?) 1927 г. из Эшери, погребения из Ачадары и навершия из погребения 44(63) Красномаякского могильника наиболее вероятной датой для полуовальных и округлых пряжек Абхазии является вторая половина VIII - VII вв. до н.э.

Обращает на себя внимание, что в большинстве погребений с пряжками Красномаякского могильника другие категории инвентаря, кроме различных бус, отсутствуют. Практически ничего, кроме части керамики, не связывает группу II с группой I. При этом данные группы погребений практически синхронны. Такое различие инвентаря объясняться, вероятно, принадлежностью погребенных к различным социальным группам.

В группу III входят 7 погребений (погребения 6,12,21,23,24,29,84). Для них характерны фибулы с утолщением в центре дуги, гривны с расплющенными орнаментированными концами, янтарные бусы различных типов (многогранные, ромбовидные, овальные), сердоликовые шарообразные бусы (Рис.2). Гривны с расплющенными концами характерны для выделенного нами третьего хронологического пласта колхидских могильников, датируемого второй половиной VII - первой половиной VI вв. до н.э. (Скаков. 2002). Такие гривны найдены в погребальной яме 1 могильника Эргета III (Микеладзе и др. 1984. Табл.XXVII), погребальной яме 12 могильника Нигвзиани (Микеладзе. 1985. Табл.XLVIII,15,20). Вероятно, группа III, занимающая на нашем графе промежуточное положение, также должна датироваться второй половиной VII - первой половиной VI вв. до н.э.

В группу IV входят 22 погребения (погребения 2,4,7,8,9,10,11,13,14,18, 26,28,38,43,56,63,66,78,82,83,85,88). Для них характерны железные копья с листовидным пером, железные копья с лавролистным пером, железные черешковые кинжалы, железные ножи с прямой спинкой, железные серповидные ножи, браслеты с расплющенными змеевидными концами, фибулы с дугой ромбического сечения, серебряные сережки с заходящими друг за друга зооморфными концами, янтарные колечкообразные бусы, кувшины без ручки с округлым выпуклым туловом и невысоким горлом с сильно отогнутым венчиком, кувшины без ручки с округлым выпуклым туловом и сильно вытянутым горлом (Рис.2).

Датировка погребения 7 определяется найденной в нём обкладкой щита с изображением орла, выполненной под влиянием восточно-греческой традиции и датируемой, вероятно, в пределах VI в. до н.э. или второй половины VI - начала V вв. до н.э. (Воронов. 1975. С.226-229; Воронов. 1980. С.211; Квирквелия. 2002). В составляющем единый комплекс с погребением 7 конском погребении 8 найден массивный колокольчик, украшенный елочным орнаментом и изображением двуглавого орла, близкий к колокольчикам из Казбекского клада и Нартанских курганов. Аналогичные колокольчики найдены в могильнике Шубара-2 (Шамба. 2000. Табл.68А,48) и в погребении (1977 г.) у Эшерского городища, датированном по чернофигурной амфоре конца третьей четверти VI в. до н.э. (Шамба. 1983). Любопытно, что в этом же погребении найдены известные в погребениях 26(35) и 29(38) Красномаякского могильника кольцевые серебряные сережки с зооморфными концами. Такой же колокольчик, украшенный изображением орла, найден в могильнике Сухумской горы (Каландадзе. 1953. Рис.23). Ещё один подобный колокольчик происходит из погребения у с. В. Яштхуа, где найден вместе с фибулами с ромбовидной расплющенной дужкой, покрытой орнаментом, браслетами с расплющенными змеевидными концами, пластинчатыми браслетами с расширяющимися орнаментированными концами (Воронов. 1969. С.32. Табл.XLV,18). Аналогичные колокольчики представлены в погребениях, отнесенных мною к третьему хронологическому пласту колхидских могильников, датируемому второй половиной VII - первой половиной VI вв. до н.э. (Скаков. 2002). Это позднее погребение Мухурчи (Гогадзе. 1984. Рис.II,31) и погребальная яма 1 могильника Эргета III (Микеладзе и др. 1984. Табл.XXVII). Таким образом, наиболее вероятной датой для подобных колокольчиков является VI, возможно вторая половина VII - первая половина V вв. до н.э. В Нартанских курганах колокольчики данного типа также датируются в рамках второй половины VII - начала V вв. до н.э.

Из погребения 82(128) происходит бронзовый наконечник стрелы скифского типа, но, согласно М.М. Трапшу (Трапш. 1969. С.138,181), он трехлопастной, а по Ю.Н. Воронову - двухлопастной (Воронов. 1975. Рис.2,7). В погребении 11 найден железный топор - молоток с вытянутым обухом, украшенным желобками. В погребениях 4 и 38(55) найдены железные топоры с коротким молоточковидным обухом. Топоры этих типов хорошо известны в погребениях Тлийского могильника скифского времени.

О поздней дате группы IV свидетельствует булавка с ажурной головкой из погребения 18 (20), близкая к группе характерных только для Бзыбской Абхазии (Эжнепли) и района Сухуми (Гуадиху, Агудзера, Шубара) булавок с навершием из радиально сходящихся стержней с соединенными дугой вершинами (Лукин. 1941. Табл.XV,2; Трапш. 1969. Табл.IV,1,3-5). В погребении 38 (55) найден пластинчатый орнаментированный браслет и фибула с дужкой в виде розетки. Аналогичные предметы были найдены в двух погребениях (1915-1916 гг.) из Гудауты, синхронизируемых с культовым комплексом Бамборской поляны (Куфтин. 1949. С.241. Рис.54,3-5). В находках из Бамборской поляны, Абгархука, Джакуархва (Ачандара) находит аналогию и покрытый крупной зернью пластинчатый браслет с украшенными рельефными спиралями концами из погребения 4 Красномаякского могильника (Лукин. 1941. Сс.48,66-67,70. Рис.7,3. Табл.XIV,2;XX,11-13; Куфтин. 1949. С.240-241. Рис.54,1,2). По характеру инвентаря комплекс из Бамборской поляны сближается с Казбекским кладом, наиболее вероятной датой для которого является VI-V вв. до н.э. (Каталог выставки: 2000. С.5-8). Как представляется, необходимо отказаться от включения в состав Бамборского культового комплекса знаменитой "эгретки" со скульптурным изображением всадника, которая, хотя и была найдена в том же 1911 г., но, как следует из описания, в несколько другом месте (Лукин. 1941. С.62,70. Табл.XXII). Аналогичная "эгретка" происходит из погребения второй половины IV в. до н.э. из Эшеры, датирующегося по античному импорту (Шамба. 2000. С.111-112. Табл.73,33). Таким образом, эти безусловно культовые предметы, известные из Бамборской поляны (2 экз.-?), Эшеры и Абгархука относятся к более позднему хронологическому пласту.

Фибулы с дужкой в виде розетки найдены также в пос. Синапли (Лукин. 1941. С.76. Табл.XXI,5), погребениях 13(55) и 25(72) могильника Гуадиху (Трапш. 1969. Табл.V,7,8). В погребении 4 и в погребении 19(21) Красномаякского могильника найдены фибулы с пластинчатой дужкой с ромбовидным орнаментированным расширением. Типологически близкие фибулы с неорнаментированной и вытянутой пластинчатой дужкой найдены в погребении 3 могильника Куланурхва (Трапш. 1970. Табл.IV,3,4). Этот комплекс по очковидной подвеске на цепочке синхронизируется с погребальной ямой 1 могильника Эргета III, датируемой второй половиной VII - первой половиной VI вв. до н.э. (Микеладзе и др. 1984. Табл.XXVII).

Фибулы с ромбовидной пластинчатой орнаментированной дужкой характерны для более поздних комплексов, в частности, для погребений 3(6),6(9),24(71),25(72) могильника Гуадиху (Трапш. 1969. Табл.V,5,6; XXXV,14), погребений 10(22) и 11(23) младшей группы могильника Гуадиху, погребения 12(42) младшей группы Красномаякского могильника (Трапш. 1969. Табл.XXXIX,7,8) и погребения у с. В. Яштхуа (Воронов. 1969. С.32. Табл.XL,32). Относительно ранним можно считать только комплекс (1927 г.) из Абгархука с аналогичной фибулой с орнаментированной дужкой и миниатюрным бронзовым наконечником копья (Лукин. 1941. С.59. Табл.XV,7). В погребениях могильника Гуадиху фибулы с пластинчатой дужкой сочетаются с фибулами с дужкой в виде розетки и с булавками с ажурной головкой. Фибулы с пластинчатой ромбической дужкой встречены вместе с фибулами с дужкой в виде розетки и в могильнике у Беслетского моста (Воронов. 1980. С.213. Рис.4,20-21). В кремационных погребениях 1 и 2 Сухумской горы, как и в погребении 4 Красномаякского могильника, фибулы с пластинчатой ромбической дужкой найдены вместе с покрытыми крупной зернью пластинчатыми браслетами (Каландадзе. 1953. Табл.VI. Рис.24,25).

Таким образом, IV группа погребений в большей своей части должна быть датирована в пределах VI в. до н.э. Характерно, что в погребениях этой группы отсутствует как античный импорт, кроме обкладки щита, так и предметы скифского облика, за исключением наконечника стрелы. Необходимо отметить, что железные копья и железные черешковые кинжалы появляются в регионе в более ранний период. В частности, они входят в состав клада из Холма Верещагина вместе с бронзовыми наконечниками копий и орнаментированным топором группы 5, что позволяет датировать этот комплекс VIII в. до н.э. (Шамба. 1973).

Погребения 4, 18(20), 19(21) и 38(55) Красномаякского могильника являются наиболее поздними в группе (Рис.2). Покрытые крупной зернью пластинчатые браслеты, булавки с ажурной головкой, фибулы с дужкой в виде розетки и фибулы с пластинчатой ромбовидной орнаментированной дужкой позволяют синхронизировать их с комплексом (1911 г.) из Бамборской поляны, погребениями (1915 и 1916 гг.) из Гудауты, кремационными погребениями 1 и 2 Сухумской горы, погребениями 3(6), 6(9), 13(55), 24(71), 25(72) старшей группы и погребением 10(22) младшей группы могильника Гуадиху. На наш взгляд, они должны датироваться VI-V вв. до н.э. Наиболее поздними являются погребение 12(42) младшей группы Красномаякского могильника, датируемое по античному импорту второй половиной V (Воронов. 1980. С.213) или IV в. до н.э. (Шамба. 2000. С.109), погребение 11(23) младшей группы могильника Гуадиху, датируемое по античному импорту серединой - второй половиной IV в. до н.э. (Воронов. 1980. С.213) и погребение (1970 г.) из Агудзеры, датируемое по монете Филиппа III (323-316 гг.) (Шамба. 2000. С.103).

Литература.

Воронов. 1969 - Ю.Н. Воронов. Археологическая карта Абхазии. Сухуми. 1969.
Воронов. 1975 - Ю.Н. Воронов. Вооружение древнеабхазских племен в VI-I вв. до н. э. // Скифский мир. Киев. 1975.
Воронов. 1980 - Ю.Н. Воронов. О хронологических связях киммерийско-скифской и колхидской культур. // Скифия и Кавказ. Киев. 1980.
Гогадзе. 1984 - Э.М. Гогадзе. К вопросу о хронологии и периодизации памятников колхидской культуры (по материалам Носири-Мухурча). // ВГМГ. Том ХХХVП-В. Тбилиси. 1984.
Гунба. 1978 - М.М. Гунба. Погребение эпохи поздней бронзы из с. Ачадара. // Известия АбИЯЛИ. Т.VII. Тбилиси. 1978.
Дударев. 1999 - С.Л. Дударев. Взаимоотношения племен Северного Кавказа с кочевниками Юго-Восточной Европы в предскифскую эпоху. Армавир. 1999.
Каландадзе. 1953 - А.Н. Каландадзе. Археологические памятники Сухумской горы. Сухуми. (на груз. яз.). 1953.
Каталог выставки: 2000. Каталог выставки "Сакартвело (Грузия) - культура, история". 2000. М.
Квирквелия. 2002 - Г.Т. Квирквелия. Обкладка гоплитского щита с изображением орла из Колхиды. // Международные отношения в бассейне Черного моря в древности и средние века. Материалы X международной научной конференции. Ростов. 2002.
Козенкова. 1982 - В.И. Козенкова. Типология и хронологическая классификация предметов кобанской культуры. Восточный вариант. // САИ. В2-5. М. 1982.
Козенкова. 1996 - В.И. Козенкова. Культурно-исторические процессы на Северном Кавказе в эпоху поздней бронзы и в раннем железном веке (Узловые проблемы происхождения и развития кобанской культуры). М. 1996.
Козенкова. 1998 - В.И. Козенкова. Материальная основа быта кобанских племен. Западный вариант. //САИ. В2-5. М. 1998.
Куфтин. 1949 - Б.А. Куфтин. Материалы к археологии Колхиды. I. Тбилиси. 1949.
Лесков, Эрлих. 1999 - А.М. Лесков, В.Р. Эрлих. Могильник Фарс/Клады. М. 1999.
Лукин. 1941 - А.Л. Лукин. Материалы по археологии Бзыбской Абхазии. // ТОИПКГЭ. Т.1. 1941.
Микеладзе. 1985 - Т.К. Микеладзе. Колхидские могильники эпохи раннего железа (Урекский и Нигвзианский могильники). Тб. 1985.
Микеладзе и др. 1984 - Т.К. Микеладзе, Н.П. Мигдисова, Р.И. Папуашвили. Исследования Колхидской археологической экспедиции. // ПАИ - 1981. Тбилиси. 1984.
Микеладзе и др. 1987 - Т.К. Микеладзе, Н.П. Мигдисова, Р.И. Папуашвили, Н.Т. Чубинишвили. О работах Колхидской археологической экспедиции. // ПАИ - 1984-1985. Тбилиси. 1987.
Мошинский, Скаков. 2000 - А.П. Мошинский, А.Ю. Скаков. Новые исследования по кобанской культуре. // РА. 2000. № 2.
Папуашвили. 1998 - Р.И. Папуашвили. Об относительной хронологии колхидских могильников эпохи поздней бронзы - раннего железа. // Дзиебани. Журнал археологических исследований Академии наук Грузии. № 1. Тбилиси. (на груз.яз.). 1998.
Скаков. 1998 - А.Ю. Скаков. Об одной из групп кобано-колхидских орнаментированных топоров. // ИАА. Вып.4. Армавир-М. 1998.
Скаков. 1999 - А.Ю. Скаков. Орнаментированные топоры могильника Фаскау в Северной Осетии // Древности Северного Кавказа. М. 1999.
Скаков. 2001 - А.Ю. Скаков. Некоторые редкие мотивы кобано-колхидского графического искусства. // Мировоззрение древнего населения Евразии. М. 2001.
Скаков. 2002 - А.Ю. Скаков. Хронология могильников Колхиды раннего железного века. // Степи Евразии в древности и средневековье. Материалы международной научной конференции, посвященной 100-летию со дня рождения М.П. Грязнова. Кн.II. СПб. 2002.
Техов. 1985 - Б.В. Техов. Тлийский могильник. Т.III. Тб. 1985.
Техов. 2000 - Б.В. Техов. Новый памятник эпохи поздней бронзы в Южной Осетии (Стырфазские кромлехи). Владикавказ-Цхинвал. 2000.
Трапш. 1970 - М.М. Трапш. Труды. Т.1. (Памятники эпохи бронзы и раннего железа в Абхазии). Сухуми. 1970.
Трапш. 1969 - М.М. Трапш. Труды. Т.2. Древний Сухуми. Сухуми. 1969.
Уварова. 1900 - П.С. Уварова. Могильники Северного Кавказа. // МАК. Вып.VIII. М. 1900.
Шамба. 1973 - Г.К. Шамба. О некоторых археологических находках из села Нижняя Эшера Сухумского района. // Известия АбИЯЛИ. Т.II. Тбилиси. 1973.
Шамба. 1980 - Г.К. Шамба. Эшерское городище. Тбилиси. 1980.
Шамба. 1983 - Г.К. Шамба. Погребение VI в. до н.э. близ Сухуми. // КСИА. Вып.174. М. 1983.
Шамба. 1984 - Г.К. Шамба. Раскопки древних памятников Абхазии. Сухуми. 1984.
Шамба. 2000 - Г.К. Шамба. Абхазия в I тысячелетии до нашей эры. Сухум. 2000.
Шамба Г.К., Шамба С.М. 1990 - Г.К. Шамба, С.М. Шамба. Археологические памятники верховьев реки Галидзга (Джантух). Тбилиси. 1990.
Chantre. 1886 - E. Chantre. Recherches anthropolologiques dans le Caucase. Paris-Lion. 1886.


08.06.2007 <Посмотреть архив новостей kolhida.ru Заказ книг по археологии Здесь вы можете купить, заказать или обменять книги по археологии